Жила на свете одна очень красивая кудрявая девочка.
Красоту её было не описать, но была она так прекрасна, что многие её подружки втайне желали ей всего самого неприятного, хоть и улыбались ей при каждой новой встрече.
Восхищалась собою, точнее, своею красотой, и сама кудрявая девочка. Очень уж любила она смотреться в своё золотое зеркальце, но не было в её взгляде на своё отражение никакой самовлюблённости. Собственная красота была для неё такой же загадкой, как и для всех окружающих.
Однажды летним утром, прогуливаясь вдоль лесного ручья с тем самым золотым зеркальцем, девочка засмотрелась на небо. Уплывающие вдаль причудливые облака напоминали ей её собственные извилистые кудри. Да так она засмотрелась ввысь, что вдруг споткнулась о кочку и упала, поранив коленки.
Бедное зеркальце! Выпав из рук девочки, оно ударилось о камень и разбилось на три больших осколка.
Поранившись, девочка скорее побежала домой, в тот момент ей не было никакого дела до разбитого зеркала.
Тем временем каждый осколок зажил собственной жизнью, и каждый, конечно же, забыл, что когда-то был частью одного зеркала.
Осколки оказались в плену у своих собственных особых судеб.
Первый упал так, что отражал только бескрайнее небо. Днём перед ним пылало яркое солнце, неслись воздушные облака, а ночью он видел океан бесчисленных звёзд.
Второму осколку повезло меньше, он упал набок и ему досталось отражать только берег ручья. Там не было неба, только серая глина, щебень и чёрная вытоптанная земля.
Вместе всё это было похоже на обыкновенную грязь.
Третий осколок чудесным образом упал между камней так, что мог видеть почти всё – и прозрачную воду ручья, и небо со звёздами, что отражались от зеркальной поверхности водной глади, дно самого ручья и даже его берег.
– Ах, как хорошо устроен этот прекрасный мир! – восклицал первый осколок, наблюдавший небо, – какое счастье быть частью этого бескрайнего великолепия!
– Неужели ты не видишь? – спрашивал его второй, что отражал только грязь, – этот мир ужасен! Он просто отвратителен.
Второй осколок был не слишком приветливым, а всё потому, что он был очень несчастен. Видите ли, каждый осколок превращается в то, что он отражает – по крайней мере, так думают все осколки, потому второй осколок посчитал себя безобразным.
– Лучше бы я и не появлялся на этот свет, – думал несчастный осколок, – наверное, тот восхищённый осколок очень глуп, раз не видит, как безобразен наш мир.
Но первый осколок ничего не отвечал второму и продолжал славить красоту вокруг себя.
Тем временем третий осколок молчал, ведь он отражал всё, что отражали остальные, и даже больше! И, в отличие от остальных осколков, ему было с кем пообщаться, кроме своих собратьев.
Он смотрел на разный мир вокруг себя и совсем не мог решить, каков же он? И хотя третий осколок наблюдал прекрасное небо, как и первый, но видел он его только в отражении быстро бегущего ручья.
Старый глубокий ручей был очень мудр, ведь однажды в древности воду из него пил великий мудрец.
И хоть много воды утекло с тех пор, мудрости ручей не утратил, ведь каждая его капля передавала частицу своих знаний следующей.
– Прекрасен ли наш мир? – вдруг спросил третий осколок у ручья.
– Небо прекрасно, – прожурчал ручей.
– Быстрый ручей, иногда я вижу тебя насквозь! Почему же небо кажется нам прекрасным, а грязь ужасной? – снова спросил любопытный осколок.
– Когда-то очень давно я не знал этого, но мудрец коснулся моей воды, и с тех пор небо кажется мне прекрасным, а грязь ужасной. Я знаю, что в глубине полон ила и глины, но днём я тянусь к золотому солнцу, а ночью к серебряным звёздам, – ответил ручей.
– О, небо, небо! – воскликнул третий осколок, – Как я ясно вижу его, когда нет ветра, но, как только ветер подует, твоя водная гладь покрывается рябью и прекрасные небеса разбиваются на маленькие кусочки. Грязь же всегда рядом. Может быть, и нет никакого неба?
– Неба могло бы и не быть, – отвечал ручей, – но солнце, луна и звёзды есть точно! Ведь всё прекрасное и безобразное мы отражаем только в их свете!
– Что там за пустая болтовня, – возмутился второй осколок, – никакого покоя! Никакой тишины!
– И всё-таки мир прекрасен, – послышался тонкий голос первого осколка.
Неизвестно, сколько бы ещё восхищались, страдали и задавали разные вопросы эти три осколка, но добрая кудрявая девочка отыскала их, собрала и вклеила в родную золотую оправу.
И пусть между ними оставались трещинки, теперь все вместе они отражали только одно прекрасное лицо!