Все люди живут –
в силу своего принципа, своего идеала ...
Иван Сергеевич Тургенев.
12 апреля 1961 года. Дата, открывшая новую, космическую эру в истории человечества. В тот день исполнилось 16 лет девочке-калмычке из Волгоградской области, которая через три года вступила на путь педагога, став впоследствии известным в Калмыкии человеком. Ветеран труда СССР, Заслуженный учитель Республики Калмыкия, народный целитель и хранитель традиционных духовных ценностей калмыцкого народа Анна Алексеевна Широкова, в девичестве Доржинова. О жизни этой неординарной женщины – мой рассказ.
Написала «неординарная» – и задумалась: в её судьбе так много характерного для каждой калмычки того времени, в целом для наших соотечественников поколения второй половины ХХ века. Вот и получается, что её судьба отражает судьбы многих советских женщин и поэтому – уникальная.
Отец Анны, участник Великой Отечественной войны Дорджинов Алексей Бадмаевич – из рода шарнут-чонос, по калмыцки шарнут-чонса залу. Доржинов Алексей и его супруга Мария Ивановна (из рода догзмакин) проживали в совхозе №17, в дальнейшем он стал называться совхоз «Выпасной», Котельниковского района Сталинградской области. Откуда Алексей и был призван в ряды Красной Армии Котельниковским ВКР 21 марта 1942 года. Он участвовал в Курской стратегической оборонительной операции, но осенью 1943 года был комиссован после тяжелых ранений, как непригодный к дальнейшей службе.
Великая Отечественная война 1941-1945 годов, депортация калмыков в декабре 1943 года и не только из Калмыцкой АССР, но и из других регионов РСФСР, ликвидация самой автономии на долгие тринадцать лет – вот череда событий того времени. Из Выпасного в декабре 1943 года, были выселены Доржиновы, родители Анны Алексеевны. Аня родилась в 1945 году в селе Убинское Новосибирской области, куда были депортированы её родители. Нелегко было жить в те годы, но всегда с теплотой и благодарностью вспоминала она детские годы: щедрость сибиряков, школьные годы, свою первую учительницу (хотела быть похожей на неё), первую награду – книгу, за отличную учёбу.
Уже в конце 1956 года семья Доржиновых, как и многие калмыцкие семьи, вернулась на родину. В 1960 году Анна поступила в Михайловское педучилище Волгоградской области. Учёба захватила девушку, она с головой погрузилась в учебный процесс. Ей нравилось всё: преподаватели, атмосфера в училище, дружба с однокурсницами. Но всё равно Аня мечтала о том, чтобы закончить учёбу и вернуться домой, быстрее приступить к работе в школе. После успешного окончания Михайловского педучилища в 1964 году, она приехала в Сарпинский район Калмыцкой АССР, где Анну Дорджинову отправили работать учителем начальных классов в Кануковскую школу.
Первые годы учительства, вхождение в профессию прошли у Анны Алексеевны под руководством директора школы Санджи Бовшовича Козаева, впоследствии – Отличника просвещения СССР, Заслуженного учителя России. Именно здесь, в Кануковской средней школе, Анна поняла и утвердилась во мнении, что учитель – это удивительная профессия, она позволяет не только нести знания своим ученикам, но и передавать им тепло своей души, воспитывать любовь к родному краю, уважение к его истории и культуре. За годы работы в Кануковской школе Анна Алексеевна проявила себя как учитель, который хорошо владеет методикой преподавания в начальных классах, строит свои уроки с учётом возрастных особенностей детей, стремится дать детям как можно больше знаний. Стоит отметить, что кануковцы помнят Доржинову А.А., учительница пользовалась уважением среди односельчан, коллег и родителей.
В 1968 году молодую учительницу начальных классов по распоряжению Сарпинского РОНО перевели работать в Сальскую восьмилетняю школу, в поселок Салын-Тугтун, ранее он назывался Верхний Сал. В то время, когда Анна Доржинова переехала в поселок, здесь уже был организован совхоз «Сарпинский». В 1975 году его переименовали в совхоз имени Эрдни Деликова – в честь Героя Советского Союза Эрдни Теледжиевича Деликова, уроженца посёлка, первого из калмыков, удостоенного звания Героя Советского Союза.
В Сарпинской (по названию совхоза) школе Анна Алексеевна окунулась в любимую работу, она старалась дать детям не только знания, но и одарить их любовью и добротой. Много лет она терпеливо учила грамоте мальчишек и девчонок, вела их по жизни. Вместе с ними радовалась их успехам, огорчалась неудачам. Много детей послушных и не очень, старательных и не совсем, прошли за эти годы через её руки, сердце. Дети были разные, но никого Анна Алексеевна не обделила добрым словом, взглядом, но когда требовалось, применяла и строгость. Ученики Доржиновой впоследствии работали в разных областях народного хозяйства, есть среди них и врачи, и учителя, и военные, работники сельского хозяйства. Многие из них вспоминают свою первую учительницу добрым словом.
Анна Алексеевна на встречах с нами, молодыми учителями начальных классов, говорила: «Считаю, что учитель должен быть личностью, быть примером не только для коллег, но и для детей и их родителей. Тогда к его словам прислушиваются, следуют его советам, рекомендациям. Все мы знаем, что главные ценности человека закладываются именно в дошкольном и начальном школьном возрасте. Считаю, что учителя – больше духовные наставники для детей, чем преподаватели».
В совхозе «Сарпинский» Анна вышла замуж за русского парня, Павла Широкова. С ним они прошли по жизни рука об руку, трудясь и воспитывая двоих сыновей, пока доля вдовы не оставила Анну Алексеевну без Павла Гурьевича. О нём, как и о его родителях, Широковых Гурии Владимировиче и Зое Ивановне, до сих пор, по прошествии многих десятков лет, с теплотой вспоминают односельчане.
Говоря об Анне Алексеевне Широковой, вспоминается калмыцкая пословица «Һазриг нарн сəəхрүлдг, күүг күч-көлсн сəəхрүлдг» - «Землю солнце украшает, человека труд украшает». Пословица подчёркивает традиционные для калмыцкого народа тягу, устремлённость к труду и абсолютные неприятие, чуждость праздности, очень хорошо характеризует жизнь Анны Широковой.
Замужество. Счастье материнства. Работа, школьные мероприятия, активная внеурочная и воспитательная работа советских учителей. Нередки были переезды из-за новых назначений супруга, специалиста сельского хозяйства, а значит, новые коллеги, новые люди, неизменно и всегда, независимо от школы, в которой трудилась – любимые ученики. Потери отца, младшей сестры, матери. Ранняя доля вдовы. Признание заслуг как педагога – звание Ветеран труда. Распад великой страны. Перестройка. Работа на износ, чтобы обеспечить себя и двух сыновей. Обращение к вере. Рождение внучек. Звание Заслуженного учителя Калмыкии. Правнучка.
Многие могут узнать себя в этих штрихах жизненного пути Анны Широковой.
Мы с Анной Алексеевной и землячки (обе из Сарпинского района Калмыкии), и коллеги по благородной профессии учителя, многие наши коллеги, знакомые обращались к ней за советом, поддержкой, за помощью как к народному целителю. Поэтому мне вдвойне отрадно, что знавшие её люди не оставили без внимания тот факт, что в прошедшем 2025 году она встретила бы свой 80-летний юбилей, если бы не ушла в иной мир три с половиной года назад… Прочитав и посмотрев опубликованные и вышедшие в эфир в минувшем и в текущем году в печатных и электронных республиканских СМИ и на сайтах (газеты «Хальмг унн» и «Элистинская панорама», сайт РИА «Калмыкия», семейный журнал «Байрта», интернет-газета «Степные вести», телеканал «Калмыкия24», сайт Элистинского городского Собрания), общероссийских печатном журнале «Педагогиум» (г. Липецк) и элктронном журнале «ЛитОбоз», в социальных сетях тёплые искренние воспоминания о ней как о педагоге, матери и бабушке, народном целителе и хранителе национальных традиций, мудром человеке, которыми поделились её земляки, коллеги, друзья семьи, а также об увекочении её имени в названии одной из улиц города Элисты – стала вспоминать: что знаю я об этом интересном, непростом человеке, помимо указанных выше биографических сведений? Тут на память пришли воспоминания Даваевой Риммы Николаевны, учителя русского языка и литературы, моей коллеги из Шарнутовской школы, которая работала с Широковой А. А. в 1987-1988 годах в Выпасновской средней школе Волгоградской области: «Анна Алексеевна, моя коллега, при знакомстве сразу обратила моё внимание на себя: очень светлая, красивая калмычка; общаясь с ней, всегда чувствовала её неординарность, в глубоком взгляде – внимательность. Мне, молодому учителю, приходилась обращаться к ней за помощью, она охотно делилась опытом. Впоследствии слышала, что Анна Алексеевна стала народной целительницей, помогала людям».
Думаю, что имею право рассказать о некоторых моментах жизни Анны Алексеевны Широковой, которые будут узнаваемы и близки многим представителям старшего поколения, как сейчас говорят, людям «серебряного возраста». А людям более молодого возраста и юным читателям будет полезным напоминанием о том, как жили их родители, бабушки и дедушки. Насколько знаю, ранее эти сведения о Анне Алексеевне не публиковались.
Воспитанная в школе и в педучилище в классических условиях советской идеологии, подразумевавшей неприятие религиозной духовности и не придания должного внимания родовым связям, а затем вступившая на путь взрослой, трудовой жизни, молодой педагог Анна Доржинова не могла не быть одним из миллионов убеждённых приверженцев существовавшего тогда принципа «общественное выше личного». Причём не просто выше, а роднее, ближе, оно и есть настоящее. И тем не менее, становясь взрослее, выйдя замуж и приняв новую фамилию, ставшую ей родной, став мамой, проводив родителей и младшую сестру в мир вечности, Анна Алексеевна всё больше год за годом интуитивно чувствовала необходимость опоры на корни. На то, что держит нас всех.
Старшее поколение россиян хорошо помнит, как в конце 1980 - середине 1990-х годов в связи с резким изменением социально-экономических условий многим людям пришлось кардинально менять свой образ жизни, оставить работу и взяться за занятие, помогавшее в буквальном смысле выживать. Агрономы и зоотехники шли в фермеры, учителя, инженеры, врачи становились «челноками», предпринимателями, таксистами… Анне Широковой тоже пришлось кардинально поменять свой жизненный путь, случилось это в 1994-1995 годах. В то время она, уже ветеран труда, ровно три десятилетия посвятившая себя учительству, перенесла весной 1994 года сильнейшую болезнь. Недуг этот тянулся ещё с момента её рождения в Сибири. Проявился он и когда она только вступила на путь педагога в середине 1960-х годов. Оба раза жизненные силы ей возвращал буддийский священнослужитель и целитель Шагджи Норонович Дорджиев, родом из Салын-Тугтуна. Весной 1994 года она перенесла клиническую смерть… Благодаря профессионализму врачей, она восстановилась, хотя и не сразу.
После этого Анна Алексеевна уже не видела себя прежней. Оставив любимую работу учителя, без которой ранее не мыслила жизнь, обратилась к духовной стезе. Не стану подробно останавливаться на этом непростом для описания периоде жизни, он требует отдельного рассмотрения и, вероятно, заслуживает научного осмысления. Но могу сказать, что тогда, с весны 1995 года, к Анне Алексеевне уже тогда обращались как к народному целителю. Шли к ней люди за советом и помощью из Калмыкии, из других регионов нашей страны, люди разных национальностей и вероисповеданий.
Анна Алексеевна совершала все обряды по буддийским канонам, а также снискала известность как костоправ. В прошлом, как миллионы советских граждан, атеистка, она стала одним из убеждённых, можно сказать ревностных хранителей буддийских и калмыцких духовных обрядовых традиций. Таких людей в Калмыкии называют «эмчи» (лекарь, врач), «медлгчи» (ведающая), или же «кү хәләдг күн» (дословно – смотрит людей). При этом она полностью жила той жизнью, которую считала необходимой в соответствии со своими принципами и идеалами, к которым пришла в 1994-1995 годах. Я имеют в виду, что люди, обладающие знаниями «тонких материй», всегда несут множество ограничений, как бытовых, так и духовных, что подтверждает жизнь известных лекарей и духовных наставников в Калмыкии. Поэтому в повседневной жизни А. А. Широкова строго соблюдала полагающиеся таким людям ограничения и даже запреты. Не посещала свадьбы и иные увеселительные мероприятия, не прощалась с ушедшими в мир иной и не посещала кладбища, выдерживала ограничения в приёме некоторых видов пищи. Особые дни для молитв, следование лунному буддийскому календарю, ежедневные молитвы, ставшие неотъемлемой практикой, и другие особенности, характерные для кү хәләдг күн, были спутником жизни «тёти Ани из Аршани».
Примечательно, что для многих людей, знавших её на ранних этапах жизненного пути, она осталась Доржиновой, тогда как другим запомнилась Широковой, а для многих она была лечащей бабушкой Аней из Аршани. Обращавшиеся к ней как к целителю, не подозревали, что она – педагог, Ветеран труда, Заслуженный учитель Калмыкии, награждена различными медалями и грамотами.
Ее путь как педагога мог бы и не случиться, не стать увлекательной дорогой длинною в три десятка лет, если бы не участие и неравнодушие добрых и отзывчивых людей в решающие моменты – педагогов и двоюродного брата. Об этих случаях следует сказать несколько подробнее. Они вызывают уважение к тем людям, кто оказал Анне Доржиновой помощь как важным советом, так и практическим действием.
По окончанию седьмого класса, уже после возвращения Доржиновых в посёлок Выпасной Котельниковского района Волгоградской области из сибирской ссылки, встал вопрос – учиться Анне дальше или идти работать. Руководство сельской школы настоятельно рекомендовало Ане продолжить обучение в районной школе. К сожалению, неизвестно имя той учительницы Выпасновской школы, которая приходила домой к её родителям и подсказала Алексею и Марии Доржиновым, видя способности их дочери Ани, что нужно дать ей возможность развиваться дальше. Но этот педагог заслуживает самого искреннего уважения!
Итак, сельской школьнице Ане Доржиновой было рекомендовано продолжить учёбу в районной школе. Да вот незадача, не было у девочки пальто. Поехали за покупкой с отцом в районный центр, в город Котельниково. Анна Алексеевна вспоминала: «На всю жизнь я запомнила эту историю. Папа сам выбрал мне красивое пальто, но оно было большое по размеру. Я посмотрела в зеркало и заплакала, оно сидело на мне мешковато, мне казалось, что я смешная в нём. Продавщицы, молодые русские девушки, говорят отцу: «Дяденька, вы посмотрите – оно же ей большое, возьмите другое, по размеру». А папа говорит: «Ну, ничего, возьмëм на вырост!». Так и купили мы с папой мне большое пальто! Но зато потом была довольна, оно ведь было красивое и носила я его несколько лет». В этой ситуации, мы видим вынужденный прагматизм наших родителей и всех людей того послевоенного времени.
Анна Алексеевна через всю жизнь пронесла благодарность своим родителям, показавшим ей примеры человеческой порядочности, честности, трудолюбия, приверженности вере, супружеского взаимоуважения, стойкости в преодолении жизненных испытаний.
Также всю жизнь Анна Алексеевна была благодарна своему двоюродному брату, уроженцу поселка Шарнут Манджиеву Виктору Фëдоровичу. Виктор был работящим парнем и на свои заработанные деньги подарил 14-летней двоюродной сестрёнке Ане строгий костюм. По тем временам это был царский подарок, ведь все мы жили бедно.
Мне неизвестно, был ли Виктор Манджиев последователем буддизма или атеистом, наверное, как и большинство его современников, советских людей того периода, он не был приверженцем какой бы то ни было конфессии. Но его поступку мы находим объяснение в словах духовного лидера миллионов буддистов планеты, лауреата Нобелевской премии Мира Его Святейшества Далай-ламы XIV: «Я считаю, что действительно настоящая религия – это доброе сердце». Анна всегда хранила благодарную память брату – не за костюм, а за доброе сердце, за чувство родной крови.
Хранят эту память и её потомки. Поступок двоюродного брата показывает крепость родственных уз у калмыков. Анна любила и уважала его мать, Екатерину Улановну, старшую сестру своей мамы. Анна, её братья Василий и Николай, сестра Галина Доржиновы называли тётю «баба Катя». «У нас же ни бабушки, ни дедушки не было. Вот мы и называли её “баба Катя”» - вспоминала Анна Алексеевна. Так и была «наhц эгч» (так у калмыков называют тётю-сестру мамы) для них бабушкой. Дети Анны Алексеевны тоже её называли баба Катя, а по-калмыцки её звали Зурмаш.
В том самом костюме и поехала Анна Доржинова учиться в Михайловское педагогическое училище. Покинув родительский дом в 14 лет, Анна Доржинова вступила на путь взрослой жизни – учителя, педагога, наставника, а впоследствии хранителя духовных ценностей калмыцкого народа.
Мне кажется, что ещё одна деталь в жизни Анны Широковой заслуживает внимания. Напомню, что она была «продуктом своего времени» – времени воинствующего атеизма, веры в светлое будущее коммунизма, братского интернационализма. Родилась, росла и взрослела калмычка Аня без бабушек и дедушек в русскоязычной среде. Соответственно, она далеко не в полной мере владела родным калмыцким языком, как и все мы тогда. Также Анна не знала свои корни, как принято у калмыков помнить своих предков минимум до седьмого колена. Поэтому очень показательно, что посвятив себя вере и целительству, Анна Алексеевна уже в зрелом возрасте, в полной мере освоила как разговорный калмыцкий язык, так и калмыцкую терминологию, связанную с буддизмом. На равных говорила на родном языке с приходившими и приезжавшими к ней на приём представителями разных субэтнических групп калмыцкого народа. Даже в Республике Бурятия и Агинском Бурятском автономном округе в 2006 году она разговаривала с бурятами по-калмыцки. При этом, нужно отметить, она не изучала калмыцкий язык ни по книгам, ни под чьим-либо руководством, родной язык шёл из души её.
Ещё одно важное на мой взгляд обстоятельство. Отец А. А. Широковой Алексей Бадмаевич Доржинов происходил, как я отметила в начале статьи, из рода шарнут-чонос. Анна Алексеевна не знала всей своей родословной, но о том, из какого она рода и какие имена были у ее предков по отцу, она помнила всю жизнь. Об этом не часто, но свято напоминал старшей дочери Алексей Бадмаевич. Эти скупые, но ценные сведения о том, из какого рода она происходила, о предках, чьи имена всегда хранила по памяти, Анна Алексеевна передала своим сыновьям. Так, как учил её отец: «Если спросят, чья ты, какого рода – всегда отвечай: Какаркин Доржин Бадмин Алëшкин күүкн», то есть, дочь Алексея, внучка Бадмы, правнучка Доржи, праправнучка Какарки.
С детства знавшей старшую сестру своей мамы, Анне Алексеевне в меньшей степени довелось общаться с тётями по отцу, его старшей сестрой Цаган Дорджиновной Товаевой и младшей сестрой Еленой Бадминовной Мукановой и их семьями. Мне известно, что на данный момент в семье её младшего сына Олега, профессионального историка, накоплены относительно информативные сведения об ик һаһа (тётя – старшая сестра отца) и бичкн һаһа (тётя – младшая сестра отца) своей мамы, их семьях и потомках. Как поделился со мной Олег, очень важным событием для него стало нахождение их фотографий. Таким образом, одно из прижизненных стремлений Анны Алексеевны – собрать возможную информацию о близких родственниках своих родителей и восстановить родословное древо, в некоторой степени реализовано.
Анна Алексеевна, выйдя замуж за Павла Широкова, прониклась искренним уважением к его родителям. Своих свёкра и свекровь она глубоко уважала за честность и принципиальность, доброту и любовь к внукам. Мне, как педагогу и активно интересующейся историей своих земляков, очень приятно видеть, что добрые зёрна тяги к корням и почитания предков, посеянные А. А. Широковой в своих детях, проросли в обоих направлениях, линиях: Олег активно восстанавливает также и родословную своих русских, по отцу, предков. Не зря у калмыков есть пословица, подчёркивающая значимость кровных и родовых уз: «Садта күн – салата модн» - «Человек, имеющий родственников, подобен ветвистому дереву».
В заключение приведу ещё один примечательный факт из жизни А. А. Широковой. Он касается её мамы, Марии Ивановны. Однажды, примерно в 2009-2010 годах, Анна Алексеевна услышала в эфире национального телевидения Калмыкии песню на калмыцком языке. Песня вызвала у неё воспоминания из детства: эту песню очень любила её мама. Песня называется «Дөрвн зүсн мал», посвящена она четырём традиционным видам калмыцкого скота: үкр, мөрн, темән и хөн (корова, лошадь, верблюд и овца) – ведь все они имели неоценимое значение в традиционной жизнедеятельности калмыков. Мне эта песня хорошо знакома, её много лет исполнял известный в Калмыкии фольклорный ансамбль «Теегин айс» из посёлка Шарнут Сарпинского района. Вот эту песню, которую любила когда-то её мама, Анна Алексеевна узнала по характерной мелодии и тональности рифм спустя десятки лет, отыскала её аудикопию и дорожила ею как памятью о самом родном и дорогом человеке.
«Землю солнце украшает, человека труд украшает» - эти слова в полной мере относятся к Анне Алексеевне Широковой. Она трудилась всегда: отлично училась в школе, поступила в педагогическое училище, получив диплом учителя, долго работала педагогом, отдавая душу и сердце любимому делу. Не сразу, но всё-таки поняла, что еë миссия –приносить пользу людям через лечение и несение света Учения Будды, она продолжила трудиться теперь уже как эмчи, кү хәләдг күн. Это был совсем нелёгкий труд… Нелегкий, но благородный.
Судьба Анны Алексеевны Широковой (Доржиновой) – пример жизни простой женщины и одновременно яркого человека, приносившего пользу многим людям.
Написала «неординарная» – и задумалась: в её судьбе так много характерного для каждой калмычки того времени, в целом для наших соотечественников поколения второй половины ХХ века. Вот и получается, что её судьба отражает судьбы многих советских женщин и поэтому – уникальная.
Отец Анны, участник Великой Отечественной войны Дорджинов Алексей Бадмаевич – из рода шарнут-чонос, по калмыцки шарнут-чонса залу. Доржинов Алексей и его супруга Мария Ивановна (из рода догзмакин) проживали в совхозе №17, в дальнейшем он стал называться совхоз «Выпасной», Котельниковского района Сталинградской области. Откуда Алексей и был призван в ряды Красной Армии Котельниковским ВКР 21 марта 1942 года. Он участвовал в Курской стратегической оборонительной операции, но осенью 1943 года был комиссован после тяжелых ранений, как непригодный к дальнейшей службе.
Великая Отечественная война 1941-1945 годов, депортация калмыков в декабре 1943 года и не только из Калмыцкой АССР, но и из других регионов РСФСР, ликвидация самой автономии на долгие тринадцать лет – вот череда событий того времени. Из Выпасного в декабре 1943 года, были выселены Доржиновы, родители Анны Алексеевны. Аня родилась в 1945 году в селе Убинское Новосибирской области, куда были депортированы её родители. Нелегко было жить в те годы, но всегда с теплотой и благодарностью вспоминала она детские годы: щедрость сибиряков, школьные годы, свою первую учительницу (хотела быть похожей на неё), первую награду – книгу, за отличную учёбу.
Уже в конце 1956 года семья Доржиновых, как и многие калмыцкие семьи, вернулась на родину. В 1960 году Анна поступила в Михайловское педучилище Волгоградской области. Учёба захватила девушку, она с головой погрузилась в учебный процесс. Ей нравилось всё: преподаватели, атмосфера в училище, дружба с однокурсницами. Но всё равно Аня мечтала о том, чтобы закончить учёбу и вернуться домой, быстрее приступить к работе в школе. После успешного окончания Михайловского педучилища в 1964 году, она приехала в Сарпинский район Калмыцкой АССР, где Анну Дорджинову отправили работать учителем начальных классов в Кануковскую школу.
Первые годы учительства, вхождение в профессию прошли у Анны Алексеевны под руководством директора школы Санджи Бовшовича Козаева, впоследствии – Отличника просвещения СССР, Заслуженного учителя России. Именно здесь, в Кануковской средней школе, Анна поняла и утвердилась во мнении, что учитель – это удивительная профессия, она позволяет не только нести знания своим ученикам, но и передавать им тепло своей души, воспитывать любовь к родному краю, уважение к его истории и культуре. За годы работы в Кануковской школе Анна Алексеевна проявила себя как учитель, который хорошо владеет методикой преподавания в начальных классах, строит свои уроки с учётом возрастных особенностей детей, стремится дать детям как можно больше знаний. Стоит отметить, что кануковцы помнят Доржинову А.А., учительница пользовалась уважением среди односельчан, коллег и родителей.
В 1968 году молодую учительницу начальных классов по распоряжению Сарпинского РОНО перевели работать в Сальскую восьмилетняю школу, в поселок Салын-Тугтун, ранее он назывался Верхний Сал. В то время, когда Анна Доржинова переехала в поселок, здесь уже был организован совхоз «Сарпинский». В 1975 году его переименовали в совхоз имени Эрдни Деликова – в честь Героя Советского Союза Эрдни Теледжиевича Деликова, уроженца посёлка, первого из калмыков, удостоенного звания Героя Советского Союза.
В Сарпинской (по названию совхоза) школе Анна Алексеевна окунулась в любимую работу, она старалась дать детям не только знания, но и одарить их любовью и добротой. Много лет она терпеливо учила грамоте мальчишек и девчонок, вела их по жизни. Вместе с ними радовалась их успехам, огорчалась неудачам. Много детей послушных и не очень, старательных и не совсем, прошли за эти годы через её руки, сердце. Дети были разные, но никого Анна Алексеевна не обделила добрым словом, взглядом, но когда требовалось, применяла и строгость. Ученики Доржиновой впоследствии работали в разных областях народного хозяйства, есть среди них и врачи, и учителя, и военные, работники сельского хозяйства. Многие из них вспоминают свою первую учительницу добрым словом.
Анна Алексеевна на встречах с нами, молодыми учителями начальных классов, говорила: «Считаю, что учитель должен быть личностью, быть примером не только для коллег, но и для детей и их родителей. Тогда к его словам прислушиваются, следуют его советам, рекомендациям. Все мы знаем, что главные ценности человека закладываются именно в дошкольном и начальном школьном возрасте. Считаю, что учителя – больше духовные наставники для детей, чем преподаватели».
В совхозе «Сарпинский» Анна вышла замуж за русского парня, Павла Широкова. С ним они прошли по жизни рука об руку, трудясь и воспитывая двоих сыновей, пока доля вдовы не оставила Анну Алексеевну без Павла Гурьевича. О нём, как и о его родителях, Широковых Гурии Владимировиче и Зое Ивановне, до сих пор, по прошествии многих десятков лет, с теплотой вспоминают односельчане.
Говоря об Анне Алексеевне Широковой, вспоминается калмыцкая пословица «Һазриг нарн сəəхрүлдг, күүг күч-көлсн сəəхрүлдг» - «Землю солнце украшает, человека труд украшает». Пословица подчёркивает традиционные для калмыцкого народа тягу, устремлённость к труду и абсолютные неприятие, чуждость праздности, очень хорошо характеризует жизнь Анны Широковой.
Замужество. Счастье материнства. Работа, школьные мероприятия, активная внеурочная и воспитательная работа советских учителей. Нередки были переезды из-за новых назначений супруга, специалиста сельского хозяйства, а значит, новые коллеги, новые люди, неизменно и всегда, независимо от школы, в которой трудилась – любимые ученики. Потери отца, младшей сестры, матери. Ранняя доля вдовы. Признание заслуг как педагога – звание Ветеран труда. Распад великой страны. Перестройка. Работа на износ, чтобы обеспечить себя и двух сыновей. Обращение к вере. Рождение внучек. Звание Заслуженного учителя Калмыкии. Правнучка.
Многие могут узнать себя в этих штрихах жизненного пути Анны Широковой.
Мы с Анной Алексеевной и землячки (обе из Сарпинского района Калмыкии), и коллеги по благородной профессии учителя, многие наши коллеги, знакомые обращались к ней за советом, поддержкой, за помощью как к народному целителю. Поэтому мне вдвойне отрадно, что знавшие её люди не оставили без внимания тот факт, что в прошедшем 2025 году она встретила бы свой 80-летний юбилей, если бы не ушла в иной мир три с половиной года назад… Прочитав и посмотрев опубликованные и вышедшие в эфир в минувшем и в текущем году в печатных и электронных республиканских СМИ и на сайтах (газеты «Хальмг унн» и «Элистинская панорама», сайт РИА «Калмыкия», семейный журнал «Байрта», интернет-газета «Степные вести», телеканал «Калмыкия24», сайт Элистинского городского Собрания), общероссийских печатном журнале «Педагогиум» (г. Липецк) и элктронном журнале «ЛитОбоз», в социальных сетях тёплые искренние воспоминания о ней как о педагоге, матери и бабушке, народном целителе и хранителе национальных традиций, мудром человеке, которыми поделились её земляки, коллеги, друзья семьи, а также об увекочении её имени в названии одной из улиц города Элисты – стала вспоминать: что знаю я об этом интересном, непростом человеке, помимо указанных выше биографических сведений? Тут на память пришли воспоминания Даваевой Риммы Николаевны, учителя русского языка и литературы, моей коллеги из Шарнутовской школы, которая работала с Широковой А. А. в 1987-1988 годах в Выпасновской средней школе Волгоградской области: «Анна Алексеевна, моя коллега, при знакомстве сразу обратила моё внимание на себя: очень светлая, красивая калмычка; общаясь с ней, всегда чувствовала её неординарность, в глубоком взгляде – внимательность. Мне, молодому учителю, приходилась обращаться к ней за помощью, она охотно делилась опытом. Впоследствии слышала, что Анна Алексеевна стала народной целительницей, помогала людям».
Думаю, что имею право рассказать о некоторых моментах жизни Анны Алексеевны Широковой, которые будут узнаваемы и близки многим представителям старшего поколения, как сейчас говорят, людям «серебряного возраста». А людям более молодого возраста и юным читателям будет полезным напоминанием о том, как жили их родители, бабушки и дедушки. Насколько знаю, ранее эти сведения о Анне Алексеевне не публиковались.
Воспитанная в школе и в педучилище в классических условиях советской идеологии, подразумевавшей неприятие религиозной духовности и не придания должного внимания родовым связям, а затем вступившая на путь взрослой, трудовой жизни, молодой педагог Анна Доржинова не могла не быть одним из миллионов убеждённых приверженцев существовавшего тогда принципа «общественное выше личного». Причём не просто выше, а роднее, ближе, оно и есть настоящее. И тем не менее, становясь взрослее, выйдя замуж и приняв новую фамилию, ставшую ей родной, став мамой, проводив родителей и младшую сестру в мир вечности, Анна Алексеевна всё больше год за годом интуитивно чувствовала необходимость опоры на корни. На то, что держит нас всех.
Старшее поколение россиян хорошо помнит, как в конце 1980 - середине 1990-х годов в связи с резким изменением социально-экономических условий многим людям пришлось кардинально менять свой образ жизни, оставить работу и взяться за занятие, помогавшее в буквальном смысле выживать. Агрономы и зоотехники шли в фермеры, учителя, инженеры, врачи становились «челноками», предпринимателями, таксистами… Анне Широковой тоже пришлось кардинально поменять свой жизненный путь, случилось это в 1994-1995 годах. В то время она, уже ветеран труда, ровно три десятилетия посвятившая себя учительству, перенесла весной 1994 года сильнейшую болезнь. Недуг этот тянулся ещё с момента её рождения в Сибири. Проявился он и когда она только вступила на путь педагога в середине 1960-х годов. Оба раза жизненные силы ей возвращал буддийский священнослужитель и целитель Шагджи Норонович Дорджиев, родом из Салын-Тугтуна. Весной 1994 года она перенесла клиническую смерть… Благодаря профессионализму врачей, она восстановилась, хотя и не сразу.
После этого Анна Алексеевна уже не видела себя прежней. Оставив любимую работу учителя, без которой ранее не мыслила жизнь, обратилась к духовной стезе. Не стану подробно останавливаться на этом непростом для описания периоде жизни, он требует отдельного рассмотрения и, вероятно, заслуживает научного осмысления. Но могу сказать, что тогда, с весны 1995 года, к Анне Алексеевне уже тогда обращались как к народному целителю. Шли к ней люди за советом и помощью из Калмыкии, из других регионов нашей страны, люди разных национальностей и вероисповеданий.
Анна Алексеевна совершала все обряды по буддийским канонам, а также снискала известность как костоправ. В прошлом, как миллионы советских граждан, атеистка, она стала одним из убеждённых, можно сказать ревностных хранителей буддийских и калмыцких духовных обрядовых традиций. Таких людей в Калмыкии называют «эмчи» (лекарь, врач), «медлгчи» (ведающая), или же «кү хәләдг күн» (дословно – смотрит людей). При этом она полностью жила той жизнью, которую считала необходимой в соответствии со своими принципами и идеалами, к которым пришла в 1994-1995 годах. Я имеют в виду, что люди, обладающие знаниями «тонких материй», всегда несут множество ограничений, как бытовых, так и духовных, что подтверждает жизнь известных лекарей и духовных наставников в Калмыкии. Поэтому в повседневной жизни А. А. Широкова строго соблюдала полагающиеся таким людям ограничения и даже запреты. Не посещала свадьбы и иные увеселительные мероприятия, не прощалась с ушедшими в мир иной и не посещала кладбища, выдерживала ограничения в приёме некоторых видов пищи. Особые дни для молитв, следование лунному буддийскому календарю, ежедневные молитвы, ставшие неотъемлемой практикой, и другие особенности, характерные для кү хәләдг күн, были спутником жизни «тёти Ани из Аршани».
Примечательно, что для многих людей, знавших её на ранних этапах жизненного пути, она осталась Доржиновой, тогда как другим запомнилась Широковой, а для многих она была лечащей бабушкой Аней из Аршани. Обращавшиеся к ней как к целителю, не подозревали, что она – педагог, Ветеран труда, Заслуженный учитель Калмыкии, награждена различными медалями и грамотами.
Ее путь как педагога мог бы и не случиться, не стать увлекательной дорогой длинною в три десятка лет, если бы не участие и неравнодушие добрых и отзывчивых людей в решающие моменты – педагогов и двоюродного брата. Об этих случаях следует сказать несколько подробнее. Они вызывают уважение к тем людям, кто оказал Анне Доржиновой помощь как важным советом, так и практическим действием.
По окончанию седьмого класса, уже после возвращения Доржиновых в посёлок Выпасной Котельниковского района Волгоградской области из сибирской ссылки, встал вопрос – учиться Анне дальше или идти работать. Руководство сельской школы настоятельно рекомендовало Ане продолжить обучение в районной школе. К сожалению, неизвестно имя той учительницы Выпасновской школы, которая приходила домой к её родителям и подсказала Алексею и Марии Доржиновым, видя способности их дочери Ани, что нужно дать ей возможность развиваться дальше. Но этот педагог заслуживает самого искреннего уважения!
Итак, сельской школьнице Ане Доржиновой было рекомендовано продолжить учёбу в районной школе. Да вот незадача, не было у девочки пальто. Поехали за покупкой с отцом в районный центр, в город Котельниково. Анна Алексеевна вспоминала: «На всю жизнь я запомнила эту историю. Папа сам выбрал мне красивое пальто, но оно было большое по размеру. Я посмотрела в зеркало и заплакала, оно сидело на мне мешковато, мне казалось, что я смешная в нём. Продавщицы, молодые русские девушки, говорят отцу: «Дяденька, вы посмотрите – оно же ей большое, возьмите другое, по размеру». А папа говорит: «Ну, ничего, возьмëм на вырост!». Так и купили мы с папой мне большое пальто! Но зато потом была довольна, оно ведь было красивое и носила я его несколько лет». В этой ситуации, мы видим вынужденный прагматизм наших родителей и всех людей того послевоенного времени.
Анна Алексеевна через всю жизнь пронесла благодарность своим родителям, показавшим ей примеры человеческой порядочности, честности, трудолюбия, приверженности вере, супружеского взаимоуважения, стойкости в преодолении жизненных испытаний.
Также всю жизнь Анна Алексеевна была благодарна своему двоюродному брату, уроженцу поселка Шарнут Манджиеву Виктору Фëдоровичу. Виктор был работящим парнем и на свои заработанные деньги подарил 14-летней двоюродной сестрёнке Ане строгий костюм. По тем временам это был царский подарок, ведь все мы жили бедно.
Мне неизвестно, был ли Виктор Манджиев последователем буддизма или атеистом, наверное, как и большинство его современников, советских людей того периода, он не был приверженцем какой бы то ни было конфессии. Но его поступку мы находим объяснение в словах духовного лидера миллионов буддистов планеты, лауреата Нобелевской премии Мира Его Святейшества Далай-ламы XIV: «Я считаю, что действительно настоящая религия – это доброе сердце». Анна всегда хранила благодарную память брату – не за костюм, а за доброе сердце, за чувство родной крови.
Хранят эту память и её потомки. Поступок двоюродного брата показывает крепость родственных уз у калмыков. Анна любила и уважала его мать, Екатерину Улановну, старшую сестру своей мамы. Анна, её братья Василий и Николай, сестра Галина Доржиновы называли тётю «баба Катя». «У нас же ни бабушки, ни дедушки не было. Вот мы и называли её “баба Катя”» - вспоминала Анна Алексеевна. Так и была «наhц эгч» (так у калмыков называют тётю-сестру мамы) для них бабушкой. Дети Анны Алексеевны тоже её называли баба Катя, а по-калмыцки её звали Зурмаш.
В том самом костюме и поехала Анна Доржинова учиться в Михайловское педагогическое училище. Покинув родительский дом в 14 лет, Анна Доржинова вступила на путь взрослой жизни – учителя, педагога, наставника, а впоследствии хранителя духовных ценностей калмыцкого народа.
Мне кажется, что ещё одна деталь в жизни Анны Широковой заслуживает внимания. Напомню, что она была «продуктом своего времени» – времени воинствующего атеизма, веры в светлое будущее коммунизма, братского интернационализма. Родилась, росла и взрослела калмычка Аня без бабушек и дедушек в русскоязычной среде. Соответственно, она далеко не в полной мере владела родным калмыцким языком, как и все мы тогда. Также Анна не знала свои корни, как принято у калмыков помнить своих предков минимум до седьмого колена. Поэтому очень показательно, что посвятив себя вере и целительству, Анна Алексеевна уже в зрелом возрасте, в полной мере освоила как разговорный калмыцкий язык, так и калмыцкую терминологию, связанную с буддизмом. На равных говорила на родном языке с приходившими и приезжавшими к ней на приём представителями разных субэтнических групп калмыцкого народа. Даже в Республике Бурятия и Агинском Бурятском автономном округе в 2006 году она разговаривала с бурятами по-калмыцки. При этом, нужно отметить, она не изучала калмыцкий язык ни по книгам, ни под чьим-либо руководством, родной язык шёл из души её.
Ещё одно важное на мой взгляд обстоятельство. Отец А. А. Широковой Алексей Бадмаевич Доржинов происходил, как я отметила в начале статьи, из рода шарнут-чонос. Анна Алексеевна не знала всей своей родословной, но о том, из какого она рода и какие имена были у ее предков по отцу, она помнила всю жизнь. Об этом не часто, но свято напоминал старшей дочери Алексей Бадмаевич. Эти скупые, но ценные сведения о том, из какого рода она происходила, о предках, чьи имена всегда хранила по памяти, Анна Алексеевна передала своим сыновьям. Так, как учил её отец: «Если спросят, чья ты, какого рода – всегда отвечай: Какаркин Доржин Бадмин Алëшкин күүкн», то есть, дочь Алексея, внучка Бадмы, правнучка Доржи, праправнучка Какарки.
С детства знавшей старшую сестру своей мамы, Анне Алексеевне в меньшей степени довелось общаться с тётями по отцу, его старшей сестрой Цаган Дорджиновной Товаевой и младшей сестрой Еленой Бадминовной Мукановой и их семьями. Мне известно, что на данный момент в семье её младшего сына Олега, профессионального историка, накоплены относительно информативные сведения об ик һаһа (тётя – старшая сестра отца) и бичкн һаһа (тётя – младшая сестра отца) своей мамы, их семьях и потомках. Как поделился со мной Олег, очень важным событием для него стало нахождение их фотографий. Таким образом, одно из прижизненных стремлений Анны Алексеевны – собрать возможную информацию о близких родственниках своих родителей и восстановить родословное древо, в некоторой степени реализовано.
Анна Алексеевна, выйдя замуж за Павла Широкова, прониклась искренним уважением к его родителям. Своих свёкра и свекровь она глубоко уважала за честность и принципиальность, доброту и любовь к внукам. Мне, как педагогу и активно интересующейся историей своих земляков, очень приятно видеть, что добрые зёрна тяги к корням и почитания предков, посеянные А. А. Широковой в своих детях, проросли в обоих направлениях, линиях: Олег активно восстанавливает также и родословную своих русских, по отцу, предков. Не зря у калмыков есть пословица, подчёркивающая значимость кровных и родовых уз: «Садта күн – салата модн» - «Человек, имеющий родственников, подобен ветвистому дереву».
В заключение приведу ещё один примечательный факт из жизни А. А. Широковой. Он касается её мамы, Марии Ивановны. Однажды, примерно в 2009-2010 годах, Анна Алексеевна услышала в эфире национального телевидения Калмыкии песню на калмыцком языке. Песня вызвала у неё воспоминания из детства: эту песню очень любила её мама. Песня называется «Дөрвн зүсн мал», посвящена она четырём традиционным видам калмыцкого скота: үкр, мөрн, темән и хөн (корова, лошадь, верблюд и овца) – ведь все они имели неоценимое значение в традиционной жизнедеятельности калмыков. Мне эта песня хорошо знакома, её много лет исполнял известный в Калмыкии фольклорный ансамбль «Теегин айс» из посёлка Шарнут Сарпинского района. Вот эту песню, которую любила когда-то её мама, Анна Алексеевна узнала по характерной мелодии и тональности рифм спустя десятки лет, отыскала её аудикопию и дорожила ею как памятью о самом родном и дорогом человеке.
«Землю солнце украшает, человека труд украшает» - эти слова в полной мере относятся к Анне Алексеевне Широковой. Она трудилась всегда: отлично училась в школе, поступила в педагогическое училище, получив диплом учителя, долго работала педагогом, отдавая душу и сердце любимому делу. Не сразу, но всё-таки поняла, что еë миссия –приносить пользу людям через лечение и несение света Учения Будды, она продолжила трудиться теперь уже как эмчи, кү хәләдг күн. Это был совсем нелёгкий труд… Нелегкий, но благородный.
Судьба Анны Алексеевны Широковой (Доржиновой) – пример жизни простой женщины и одновременно яркого человека, приносившего пользу многим людям.
